Очень осуждаю лысых скуфов, которые себе с жопы на голову волосы пересаживают и ходят красавцами. Типа окей, ты обманул окружающих, но гены не обманешь. Ты просто троянским конём на голове обманываешь женщин и передаёшь свои лысые гены. Причём ребёнок вообще в ахуе будет: он своего батю видел, и у того с волосами всё окей вроде, а сам в 30 лет начал лысеть. Тут впору задаться вопросом: «Мама, я приёмный? Ты изменяла бате с лысым?» В итоге все в ахуе. Женщина в ахуе, ребёнок в ахуе. Один только скуф, всех наебавший с волосами из жопы на голове, сидит довольный, что свои лысые гены передал. Мне кажется, женщина в этот момент может заявить об изнасиловании. Я бы вообще какие-нибудь законы о чистоте генов принял и карал бы за попытку наебать окружающих: волосы пересадить, ботокс колоть, губы и вся прочая хуйня тоже. Типа, с тобой другим людям род продолжать — пусть видят всё как есть, что их детям от тебя достанется.
Жизнь — это принудительный труд. Поэтому жизнь — это рабство. Её преподносят как дар, но на деле она больше похожа на подневольную работу. Выживание не выбор — оно обязательно. Боль служит мотиватором, заставляя всё живое действовать. Удовольствие — награда, подкрепляющая поведение, связанное с выживанием. Телесные потребности и дискомфорт гонят человека в бесконечный цикл работы, где облегчение всегда временно — оно лишь перезапускает всё сначала. Тело использует боль и дискомфорт как инструменты. Потребности подаются не как напоминания, а как наказания — чем дольше их игнорируешь, тем сильнее они жгут. В ответ биология даёт вознаграждения: удовольствие от еды, секса, отдыха. Так создаётся система кнута и пряника, которая держит человека в ловушке. Выживание превращается не в выбор, а в биологическую обязанность. Голод — мучительная пустота. Еда приносит облегчение, но ненадолго: голод возвращается. Причём тело даже вознаграждает нас за еду — заставляет наслаждаться тем, что нас пораб...