Отправила ребёнка в этом году в первый класс. Сегодня звонит его классная и орёт: ваш ребёнок обосрался на уроке, забирайте его. Прихожу. Он в шоке, рыдает, униженный. Сидит в грязных штанишках в раздевалке, мимо проходят дети и смеются. Утешила. Дома стала расспрашивать, как же такое вышло. Неужели их не пускают в туалет? Оказалось, пускают. Чтобы пойти, нужно поднять руку. Тогда классная спросит: «Тебе по-большому или по-маленькому?» Если ответить «по-большому», она достаёт из стола большой рулон бумаги, потому что в школьных туалетах с бумагой всегда проблема, и отрывает от него крошечный листочек. Если попросить больше, начинает высмеивать перед всем классом. Типа: «Ты сколько там навалить-то собрался?», «Позови меня, когда дела сделаешь, я посмотрю, сколько там, и решу, нужна ли тебе ещё бумажка», и так далее. Сын за осень пережил такую ситуацию уже дважды. На третий раз решил терпеть. И вот. Когда я пришла в гневе к класснухе, она сказала в ответ: «А вы что, его не научили, что к...
Игорь в свои одиннадцать лет уже разочаровался в девушках. Не так чтобы очень, но в достаточной мере. Начитавшись самых разных книг, он решил для себя одну вещь: самое большее, что он может и должен себе позволить, — это созерцание. Он решил так: каждый день приходить в парк, садиться на лавку и наблюдать за прекрасными и таинственными созданиями, зовущимися «девушки». Летом парк был прекрасно тенист, в нём гулял лёгкий ветерок и царствовала прохлада. Бил небольшой фонтанчик. Атмосферно, одним словом. Зимой же, как водится, он был пуст, печален и пропитан ощущением безысходности. И он действительно приходил в этот самый парк. Время шло, девочки росли. Вокруг парка строились новые многоэтажки, появлялись торговые и спортивные комплексы. Удивительно, но лавка, на которой он любил сидеть, так и стояла на своём месте. Когда Игорь начал работать, времени стало меньше, но он не бросал своих занятий. Он дико любил это место, уделял ему столько времени, сколько позволяла жизнь. Он не пом...