Живет себе человечишка. Гордится тем, что ни от кого не зависит: нет жены, начальника, детей и прочих головняков. Живет себе, не дует в хуй. Находит ежевечернее хобби — походы в пивняк или роспись «пульки». Ложится спать на сопревший матрац, предварительно подрочив. Утром нарезает почерствевший хлеб, кладет на него кусок почти зеленой колбасы и садится за компьютер «десигнить». Потом приходит Оно — с немытой головой и небритой пиздой. Он по-собачьи сбрасывает балласт эякулята. Потом они «десигнят» вдвоем, радуясь, что за эту работу далекий заказчик вышлет им фототелеграфом триста долларов. Не беда, что иногда человечишка просыпается от осознания: ему уже 35, а он пустое место даже в масштабе своей малогабаритной квартиры. Он свободен, и ему похую на предрассудки. Может встать со стула — и уже через десять минут мчаться на метро на встречу дрочащих на КПК, зная, что вернется домой когда захочет. Это тех мудаков-менеджеров ждут дома жена, ребенок со своими злоебучими погремушками и...
Пилю прохладную. Нашел тян на дайвинчике. Разговорились, договорились встретиться в кафе моей мухосрани. Оделся прилично, причесался, надушился. Встретил её — очень ухоженная, по внешке для меня 8–9/10. Охуенная, почти мечта: и попка, и ножки, и губки... Я аж взволновался весь. Всё шло нормально. Заказали по кофе, я сказал, что угощаю. Сидим слово за слово. Спросила, чем занимаюсь. Сказал, что айтишник. Её вроде даже заинтересовало — начала общаться теплее. Сидели, болтали, кофе уже на исходе, и она спрашивает: «Может, поедем в парк, погуляем?» Я такой: окей, тогда вызову такси. И тут диалог: — А в смысле — ты без машины? — Ну да, а что такое? — Вообще машины нет или ты выпить планировал? — Я на велосипеде езжу. Она начала сдерживать улыбку. — А машина? — Мне не нужна, спокойно на велике передвигаюсь. И тут она заржала. Прям, сука, в голос. Даже бариста к нам повернулась. Повисла мёртвая тишина на пару минут. Потом она перевела тему, но общение уже шло вяло. Такси приехало, поеха...