Я родился в начале восьмидесятых и в девяностом году пошёл в первый класс. То есть я и есть то поколение, которое из девяностых. Помню, как мне было пять лет и мы ездили на Чёрное море в Абхазию, как отец катал меня на спине, лимонад из аппаратов и вечно смеющуюся маму. Помню свой первый класс, как в девяносто третьем году мы сидели дома в своём маленьком промышленном городе и смотрели, как по Красной площади идут танки. Мы не боялись, потому что ещё не понимали, что произошло. Прогорели семейные сберкнижки. В магазинах на прилавках была только морская капуста. Оставшиеся деньги мама вложила в какую-то финансовую пирамиду, и они прогорели тоже. Про пирамиды тогда ещё никто не знал. В том же девяносто третьем у нашей учительницы умер сын, ему было всего девятнадцать лет. Он не был наркоманом и не был бандитом, обычный парень просто ехал в машине с друзьями, и ему стало плохо. Не успели довезти до больницы — остановка сердца. Врождённый порок. Учительницы не было две недели, на уроках её...
Первую свою двойку я получил по литературе. Был тогда классе в шестом, проходили мы «Тараса Бульбу». Отмечу, что я всегда был отличником и ненавистного Гоголя читал внимательно. Учительница вызвала меня к доске и спросила, почему я назвал Андрия положительным персонажем в сочинении. Ну я и ответил, что несмотря на войну, он помогал мирным жителям, смог полюбить девушку, с которой должен был воевать, а потом защищал её. Это настоящий героизм, в отличие от убийства незнакомых людей на их же земле по чужому приказу. Тут я узнал о себе много нового. Я не патриот, зря меня родили. Как мои родители такого фашиста вырастить могли. За юбку я родину продам. А самое обидное — я получил первую в своей жизни двойку. Затем был унизительный допрос меня перед классом: люблю ли я родной город, местную речку-говнотечку и природу, или променял бы это на другие страны? Я был честным ребёнком и сказал, что хотел бы жить у тёплого моря или у горного озера. Это, мол, красивее, климат лучше, и вообще не так ...