Знаете, есть вещи, которые время не лечит, а только бетонирует. Я закончил школу десять лет назад. И до сих пор я возвращаюсь туда мыслями. Не потому, что это было лучшее время, а потому что я был полным неудачником. Меня до сих пор бесит этот Ваня Ерохин. Я до сих пор помню, как он толкал меня в коридоре, как ржал над моими ответами у доски. И я до сих пор прокручиваю в голове сцены, где я ему отвечаю. Не тупо молчу, а смотрю сверху вниз и ставлю на место. Я придумал сотню вариантов идеальных диалогов, где я выхожу победителем. Но тогда, десять лет назад, я просто отводил взгляд и шёл к своей парте. И Катя Еотова. Светлая, недосягаемая. Я думал, если буду тихим и правильным, она заметит. А она замечала только Ваню. Самый яркий для меня школьный эпизод — это даже не выпускной. Это день, когда они с Ванькой трахались в лаборантской по химии, а я сидел в кабинете и делал вид, что читаю учебник по физике. Я слышал их смех и звуки за дверью, а сам просто впивался глазами в строчки, ничего ...
Скачал вирус для Linux.
Распаковал.
Установил под root-правами.
Не запустился. Потратил два часа на поиск в Google. Выяснил, что вирус вместо /usr/local/bin установился в /usr/bin — туда, куда у вредоносной программы нет прав на запись. Поэтому он не смог создать файл процесса.
Нашёл пропатченные .configure и .make на китайском сайте. Перекомпилировал, переустановил. Вирус заявил, что ему нужна библиотека cmalw-lib-2.0. Оказалось, она существует только для CentOS, но не для Ubuntu.
Погуглил ещё пару часов, нашёл гайд по сборке .deb из исходников. Скомпилировал, установил — вирус наконец запустился, пискнул в динамик и завершился с дампом ядра.
Просидел час над syslog (через Papertrail). Выяснилось: вирус решил, что у меня ext4, и вызвал API для шифрования диска. Но этот API устарел в BTRFS, так что система засекла противоречие и перевела раздел в режим «только для чтения».
Открыл исходники вируса, сделал grep по биткойн-кошельку — и отправил пять баксов просто из сострадания.
Лёг спать...
Комментарии
Отправить комментарий