Ну вот и приехали, господа разумисты. Докинз, тот самый умный атеист и учёный в говне мочёный, сам уверовал в наличие сознания у нейросети Claude. Середина десятых. Золотой век позёров-псевдоинтеллектуалов, или как говорили раньше в интернетах, не-быдла. Когда умы в футболках с протухшими мемами смотрели видосы Ники Вуд и читали гайды по обливанию мочой из Wondrezine, а парни зачитывались пабликами «атеист», «мизантроп» и другим слопом для разумистов. Этот качественный контент по большей части состоял из переводов американских атеистов. Но поскольку до не-быдла долго доходит, 101 пересказ истории про чайник Рассела с мочой и зарубы с креационистами казались чем-то свежим и увлекательным. И конечно, каждый обитатель этих богом забытых мест был фанатом Ричарда Докинза, знаменитого биолога, изобретателя слова «мем», а в поздние годы главного разумиста планеты, галактики и борца с религией. Докинз, по мнению экспертов из седьмого Б, это гигант мысли, который достиг вершины рацио...
«Я никогда не был поклонником Internet Explorer».
В толпе раздаётся нервный смех. С задних рядов — ворчание. Люди наклоняются вперёд, чтобы не пропустить кульминацию.
— Почему нет? Тебе не нравится интернет?
Зрители вскакивают. Они чувствуют: сейчас произойдёт то, ради чего пришли. Медленно, но неотвратимо толпа подбирается к съёмочной площадке. Шелдон готовится к своей реплике. На лбу — пот, губы дрожат от напряжения.
— Я просто предпочитаю Firefox. Потому что, как и лиса, я хитрый и проворный.
Слова срываются — и толпа рвётся вперёд. Такой силы хватило бы, чтобы сдвинуть стены студии CBS. Шелдон будто в замедленной съёмке видит, как люди несутся к его хрупкому телу. Он ждал этого момента всю жизнь. Это его «Эмми». Его «Золотой глобус». Даже его «Оскар».
Толпа смыкается мгновенно. Крики Леонарда и Пенни тонут под её массой. Их тела раздавлены, они лежат на полу, дрожа.
Шелдон смотрит в глаза окружающим. Но это уже не люди. Это — обнажённая человеческая психика. Жадная. Голодная. Единственное, чего они хотят от него — высказывания.
Он закрывает глаза. Очищает разум. Расслабляет тело. Всё решится в следующие секунды. Между молчанием и словом — вечность.
Медленно открывает глаза. Взгляд на Леонарда. На Пенни. Оба безжизненны.
И, не раздумывая, он произносит с оглушительной уверенностью:
— Базинга.
За долю секунды толпа набрасывается на него. Мужчины, женщины, дети — все сразу. Шелдон кричит в экстазе, пока его плоть разрывают. Потом — тишина. Он погружается в вечный сон.
Наконец-то наступил мир.
Комментарии
Отправить комментарий