КЛЕЩИ ВЫБИРАЮТ ЖЕРТВ С ВКЛЮЧЁННЫМ VPN

— Рассматриваются как публичная, так и частная эмиссия в тебя, кукла Лена. А также их комбинация. Всё для блага любимого человека.

— Деда Мороза он тут из себя строит. А то я тебе отказывала когда-то. Что ты мне купишь? Целует он меня, конечно, но что купит — не говорит. У меня, кстати, есть одна мыслишка на этот счёт.

— Мода, тренд, лук, стиль, кукла Лена? Или всего лишь предметы гардероба и аксессуары?

— Да, в эту поездку в Питер ты уже осыпал меня безделушками и игрушками. Но не теряй самообладания. Речь идёт о ценах, которые ты можешь себе позволить.

Так, и вновь атмосфера становится всё менее радужной. В твоей оперативной памяти заложено, что чтобы я тебе ни сказала, после этого меня обязательно надо облапать. Опять забыл, что ты не один на этом пустынном пляже?

— Не возражай мне, кукла Лена, в эту торжественную минуту. Я бы даже сказал: в момент моего триумфа. И потом, эти таращащиеся на тебя молодые люди — полные импотенты. По крайней мере в финансовом плане. Так что всё своё внимание ты должна сконцентрировать на мне.

— Я не собираюсь нагнетать обстановку и вызывать панику, но и молчать не буду. Конечно, ты переводишь мне деньги на карту «Мир» за то, что я с тобой сплю. Но можно ты будешь делать со мной всё то же самое, но только в интимной обстановке, а не в публичном месте? Всё-таки не хотелось бы застудить придатки. Да и вообще…

— Скопление почтеннейшей публики придаёт этому процессу терпкий привкус, кукла Лена. В этот момент все смотрят на меня с такой завистью.

— Остаётся он непреклонным в своём решении, христопродавец, надо же. Внедряешь в юные неокрепшие души откровенно вредительские установки. Это у тебя старость обострила любовь ко всему внешнему. Ты понял?

— А куда делся…

— Куда делся? Акула растерзала, блин. На мне бюстгальтер, который спереди растягивается. И после этого он ещё спрашивает: «А чего это наши новые соседи так жутко воют по ночам, кукла Лена?» Да если бы кто-нибудь делал это со мной у тебя на глазах, ты бы вообще повесился в ночи.

— Из-за моей любви к тебе, кукла Лена, я готов даже отказаться от своей преданности коммунистическим идеалам.

— И смело ему в лицо бросить партбилет, которого у тебя никогда не было? Что ж, это мило. А теперь ответь мне, только без всех этих твоих экивоков и политесов. Ты мне купишь…

Я фотографируюсь возле общежития, в котором жил, когда учился в институте (см. картинку над текстом), но при этом не отпускаю куклу Лену.

Подходящие к дверям общежития молодые люди, вероятно мои будущие коллеги, действительно смотрят на куклу Лену широко раскрыв глаза. И даже, я бы сказал, открыв рты.

Я не выдерживаю и говорю им: «Учитесь хорошо, молодые люди, и всё на личном фронте у вас будет так же хорошо, как у меня. Особое внимание уделяйте патофизиологии».

В ответ — немая сцена. Гоголь меркнет и курит в сторонке «Герцеговину Флор» или что он там в таких случаях курил.

А кукла Лена, на которой шапочка Снегурочки, глядя на них, откровенно хохочет и смачно целует меня в щёку.

Думаю, что студенты моей alma mater, что буквально переводится с латинского как «кормящая мать», возвращающиеся перед заходом солнца на свои места временного гнездования по улице Кантемировской, 26, этот день запомнят надолго. Мучительно размышляя перед сном: «А всё-таки интересно, на метле или на мерседесе этот гений чистой красоты сегодня явилась к нашей общаге? Или это просто видение, навеянное перенапряжением после экзамена по патофизиологии?»

А по общаге № 2 тем временем уже катились слухи: «Он — с молоденькой. Она — правда жирненькая, но такая фигуристая…» Студентки-медички всегда были такими завистницами.