Присел сегодня утром на толкан. Срать особо не хотелось, но поскольку я сру каждое утро, решил традицию не нарушать и немного поднатужился. Говно выходило очень неохотно, в виде каких-то бараньих кругляшек. Спустя минут пять такого натуга на жопу я почувствовал боль в заднем отверстии, и все мои мысли направились только туда. Меня бросило в холодный пот, и эта боль заставила меня оцепенеть. Ничего подобного я никогда не испытывал. Через какое-то мгновение я осознал, что мне становится очень плохо. Меня охватила слабость, дыхание стало поверхностным, пульс пропал. Я встал с толчка, едва успев смыть. Глаза начала застилать чёрная пелена, и я погрузился во тьму. Я был в сознании. Я мыслил так же трезво, как и прежде, но чувствовал, что жизнь во мне заканчивается. Приложив руку, я ощущал еле слышные удары сердца, повторяющиеся раз в несколько секунд. Инстинктивно я начал шагать взад-вперёд и делать разные махи руками, чтобы хоть как-то заставить сердце работать. Мрак, окутавший меня, всё н...
Пришёл я в секс-шоп, когда мне было 19. Кроме меня в магазине работали ещё трое. Няшная неформалка Ксюша с зелёными волосами, пирсингом в интимных местах (лично проверял) и вечным косяком в загашнике. Катерина Сергеевна — админша, молодящаяся милфа с огромным бюстом, авторитарным характером и сельским говорком. И Арсений — толстый нерд-задрот-дрочила. Вот про него и будет история.
После недели работы Катерина Сергеевна вызвала меня в подсобку и говорит:
— А не охуел ли ты, юзернейм, выставочными образцами дрочить?
— Не охуела ли ты такие предъявы кидать, старая пизда? — хотел ответить я, но вышло только жалкое «Ч-ч-чего? Что вы себе позволяете?» (я же из интеллигентной семьи).
Оказалось, на последней ревизии несколько резиновых пизд с витрины пахли спермой и были в чёрных лобковых волосах. Арсений работал уже несколько месяцев, и раньше такого не было. Всё началось после моего прихода.
В своё оправдание скажу: да, я ебался в магазине, но только с Ксюшей, когда нам выпадали совместные ночные смены. От увольнения меня спасла она же, влетев в подсобку:
— Катерин Сергевна, Юзернейм хуй бреет, по-любому это жиробас дрочит. Там лобковых волос больше, чем шерсти с моего кота!
— Ксень, Арсеньюшка у нас давно работает, а реквизит спермой вонять начал как раз после прихода твоего ебыря. В общем так, Юзернейм. Либо ты, либо Арсений. Найдёшь доказательства, что не виноват — останешься. Не найдёшь — вылетишь через неделю.
Как выяснилось, Арсений давно подкатывал к Ксюше, но она его отшила. Он спалил, как мы ебёмся, и проникся ко мне лютой ненавистью. Решил совместить приятное с полезным: новенький пришёл — и сразу хуйня в магазине. На кого подумают? Правильно.
Мы с Ксюшей придумали было целый план со скрытыми камерами, но я человек мстительный. Если из-за какого-то дрочилы меня хотят лишить тёплого места, где полсмены книжки читаешь, а полсмены коллегу ебёшь — я буду драться, как хитрый шакал.
Следующей ночью Арсений вызвал скорую, а утром сам уволился. Нет, я его не бил. Руки марать об анониста ещё не хватало.
Во время перерыва я забежал в магазин, купил бутылку соуса табаско и щедро залил им все пизды на витрине. А в конце смены зашёл в туалет и закрутил вентиль на кране с водой.
Камер в зале не было, но подробности мы узнали от охранника. По регламенту, если ночью остаёшься один, надо вызывать ЧОП. Они присылают мужика, который дежурит у стеклянной двери до утра. Вот он нам и рассказал, как Арсений выл, плакал, держался за ширинку и орал, что ему хуй кислотой облили грабители.
Когда я рассказал Ксюше и Сергеевне про табаско, история мгновенно стала локальным мемом. Девчонки мне аплодировали.
Комментарии
Отправить комментарий