Мои нулевые, как и девяностые, прошли не совсем лампово по вашим меркам. У меня толком не было друзей, да и мне было на них похуй. Единственным другом была консоль — китайская подделка NES. О господи, как я любил в неё играть. Я запирался ночами в комнате, чтобы звук не разбудил родителей, и играл. Раньше батя любил наблюдать, как я играю, но потом пришли времена Sega. Как же это было охуенно.

«Комикс Зона», «Червяк Джим», «Вектормен», «Контра: Хард Корпс»… О да, драйвовая мать её «Контра». Как-то я так заигрался, что забыл закрыть дверь. Батя проснулся и бесшумно подкрался, наблюдая за игрой. Я аж дёрнулся, когда обернулся и увидел его.

И тут был тот самый момент. Он взял второй джойстик, нажал старт и начал охуенно прикрывать мне тыл. До этого я считал, что он не умеет играть. А он оказывается просто наблюдал, запоминал — и ему по-настоящему это нравилось.

Мы прошли «Контру» целых два раза! (Первый раз концовка была неканоничной — на втором уровне, когда на стену залезаешь и попадаешь в колизей.) После этого мы закрыли дверь, чтобы не разбудить мамку, и договорились пройти игру по-настоящему. Это было так охуенно.

Я почувствовал батю не просто как батю, а как настоящего друга. Во время прохождения он нервничал, смеялся, ругался, когда его убивали. И когда всё закончилось — этот экран, эта планета, этот «Хард Корпс Блюз»… Господи, мы сидели у телевизора, словно заворожённые, наблюдая за титрами и слушая эту мелодию.

После титров батя по-дружески похлопал меня по плечу и сказал, что мне нужно поспать пару часов перед школой. Подойдя к двери, добавил: «А вот я на работу наверное уже не смогу проснуться. Ох, пиздюлей вставит мне начальство… Но это того стоило».

К слову, бати уже восемь лет как нет. Вспоминаю сейчас это — и улыбаюсь. Совсем не грустно, а тепло как-то.