Бар «Стрёмный закуток» К основному контенту

Последние публикации

Мне 31, и я остаюсь девственником. В школе был изгоем. С ровесницами отношения не складывались — они даже за человека меня не считали. В университете появились подруги. Друзей среди парней почти не было. В 20 лет я встретил девушку и по-настоящему полюбил её. На тот момент ей было 28. Мы просто общались, но я понял, что люблю её с первой встречи. Она была идеалом. За шесть лет общения наши отношения не зашли дальше поцелуев. Она говорила: всё только после свадьбы. Но когда я сделал предложение, она отказала. Назвала меня мальчиком. Мы поссорились и не общались почти три года. За это время у меня так ни с кем и не начались отношения. Мы возобновили общение, когда мне было 28, а ей — 36. Я не остыл, продолжал любить её. Родители изначально были против, поэтому я молчал о том, что мы снова видимся. Спустя полгода я снова сделал предложение. Она согласилась, но просила просто расписаться — и всё. В последний раз мы виделись на её 37-й день рождения. В начале лета у меня был день рождения. ...

Мне 31, и я остаюсь девственником.

В школе был изгоем. С ровесницами отношения не складывались — они даже за человека меня не считали.

В университете появились подруги. Друзей среди парней почти не было.

В 20 лет я встретил девушку и по-настоящему полюбил её. На тот момент ей было 28. Мы просто общались, но я понял, что люблю её с первой встречи. Она была идеалом.

За шесть лет общения наши отношения не зашли дальше поцелуев. Она говорила: всё только после свадьбы. Но когда я сделал предложение, она отказала. Назвала меня мальчиком.

Мы поссорились и не общались почти три года. За это время у меня так ни с кем и не начались отношения.

Мы возобновили общение, когда мне было 28, а ей — 36. Я не остыл, продолжал любить её.

Родители изначально были против, поэтому я молчал о том, что мы снова видимся.

Спустя полгода я снова сделал предложение. Она согласилась, но просила просто расписаться — и всё.

В последний раз мы виделись на её 37-й день рождения.

В начале лета у меня был день рождения. Мне исполнилось 29. Она даже не позвонила. Я сильно переживал — ведь через 10 дней мы должны были расписаться.

Судьба всё испортила.

Я узнал, что она умерла после продолжительной комы. Из-за неизлечимой болезни. Именно она стала причиной нашего трёхлетнего расставания. А её возвращение было последним подарком перед смертью.

Уже третий год, как её нет.

Я так и не начал новых отношений. Не вызываю интереса у девушек. Но меня это мало волнует — у меня не получается снова полюбить. Все знакомые девушки видят во мне только друга. Или пытаются использовать для решения своих проблем. С такими я сразу рву контакты.

Сегодня мне 31. У меня никогда не было секса. Но я перестал считать это проблемой.

Больше всего я хотел бы хотя бы простого общения с девушкой, которая стала бы просто хорошим другом.

Я работаю писателем и переводчиком редких языков на дому. В моей жизни пока есть только работа.

Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

2019 год. Я тогда частенько гулял с анальной пробкой — не потому что «пидор», просто нравилось. Как‑то раз совсем про неё забыл и зашёл в метро. И, как назло, меня остановили: я всегда с рюкзаком хожу. Достаю ключи, телефон, кладу всё в корзинку, прохожу через металлодетектор — и вдруг пииииип! Тут до меня дошло. Мент спрашивает: «Точно всё достали?» Я в панике киваю, пытаюсь что‑то придумать, делаю вид, что не понимаю. Говорю: «Наверное, из‑за металла на поясе брюк». Он отвечает: «Не, на такую мелкую штуку не реагирует». Прохожу ещё раз — снова пииииип. Я уже весь красный. Мент начинает говорить в жёстком тоне: «Ну что у тебя там? Доставай давай!» Я, как дурак, мямлю: «Не знаю, может, что‑то съел». Потом говорю: «Выпустите меня, я не поеду на метро». А он: «Никуда ты не пойдёшь, стой здесь, сейчас наряд вызову». У меня дрожь невероятная, чуть не плачу. Но в голове мысль: лучше опозориться перед двумя охранниками метро, чем попасть в отделение, где мне её силой достанут на потеху всему...
31 января. Снег идёт уже вторые сутки и не собирается прекращаться. Я проснулся в четыре утра, живот крутило, пустил подливу. Закинул под язык таблетку глицина и лёг спать. И это, наверное, был самый странный сон за все годы. Странный не потому что там кровь, мясо или убийства — а вообще странный. Я сдавал экзамен по GTA: Vice City. Да, ебать. Экзамен. Я в какой-то аудитории, преподаватель проводит консультацию, разбираем вопросы. А вот я уже на самом экзамене, передо мной листочек. Первый вопрос — сюжетная линия GTA: Vice City. Второй — перечислить все читы GTA: Vice City. Третий смутно помню, что-то вроде «описать процесс создания игры, технологии». И при этом я видел текст вопросов очень чётко, что для сна редкость — такой стабильный текст, который не плывёт каждую секунду. Я смотрел в пустой лист и на вопросы. И осознавал, что ничего не знаю и не помню. Это вызывало волнение. В какой-то момент я подумал, что это сон, попытался проснуться, но нет. Какая-то часть меня понимала бредов...