Каждый из вас, безусловно, замечал: если зайти в сортир в гостях, там воняет говном. И запах такой, что сразу понимаешь: это не ты тут срёшь, не твой отец, не твоя мама, не твоя сестра, не твоя жена и не твой сын. Тут срут те, кто тебя позвал в гости, и ты это отчётливо ощущаешь. А если прийти в гости к другим друзьям и заглянуть в их толчок, там тоже пахнет говном. Но другим, ихним. И есть в этом что-то хорошее. Эта вонь как флаг семьи, как фамильный герб. В этом есть какая-то почти корпоративная культура. Я дал этому явлению более ёмкое определение — «копротивная культура». На данном этапе изучения этого интересного явления я сделал лишь один вывод: лучше всего пахнет там, где ты живёшь. Конечно, если с тобой не живёт твоя бабушка с расхуяренным годами кишечником или дед, который в войну неизвестно что жрал. И естественно, если у вас хорошее обоняние, вы всегда сможете безошибочно определить, забегает ли ваша жена к соседу или, например, шастает ли к вам соседский выблядок, чтобы отп...
Природой задумано, что человек не должен жить больше 30–40 лет. 30 лет — старость, 40 лет — смерть.
Но благодаря медицине всё сдвинулось: теперь мужчины живут до 60–70, а женщины — до 70–80. И из-за этого вылезает куча багов: к 40 годам человек уже просто устал жить, ему ничего не интересно, дофаминовые рецепторы полностью выгорели.
Не так давно писатели описывали возраст совсем иначе.
Из записок 16-летнего Пушкина: «В комнату вошёл старик лет 30-ти» (это был Карамзин).
У Тынянова: «Николай Михайлович Карамзин был старше всех собравшихся. Ему было 34 года — возраст угасания».
Маме Джульетты на момент событий пьесы было 28 лет.
Марья Гавриловна из «Метели» Пушкина была уже немолода: «Ей шёл 20-й год».
«Бальзаковский возраст» — 30 лет.
Ивану Сусанину на момент подвига было 32 года (у него была 16-летняя дочь на выданье).
Старухе-процентщице из «Преступления и наказания» Достоевского было 42 года.
Анне Карениной на момент гибели — 28 лет, Вронскому — 23. Старику-мужу Анны Карениной — 48 лет.
Старикану кардиналу Ришелье на момент осады Ла-Рошели в «Трёх мушкетёрах» было 42 года.
Комментарии
Отправить комментарий