Был у нас в параллельном классе один жирный уёбок. Тупой дегенерат, вечно у него по роже текли сопли и он вонял мочой. Человек он нихуя не адекватный, реально полный псих. Чуть что скажешь на него — он тут же начинает реветь и в припадке ярости может бросить в тебя стулом, камнем или ткнуть ручкой. Мы иногда его пиздили всем скопом, когда он уже совсем охуевал, но даже это его не излечивало. Поэтому мы предпочитали обходить его стороной. Но прикол в том, что он сын нихуёвых родителей — вполне себе такие буржуи. Покупали школе новые компьютерные столы, делали ремонт в кабинетах. Видимо, только поэтому этого еблана не отправляли в спецшколу. И вот сама история. Тёплый летний денёк. Девочки в юбках, мальчики в шортах. Духота, вонь пота в тесных классах. И вот в этой обстановке жирный уёбок обсирается. Я не знаю, какие синапсы замкнулись у этого кретина в мозгу, но вместо того чтобы втихаря выйти, он засовывает руку в трусы, набирает говна в жменю и выкладывает его на парту. Блять, никогда...
В 2010 году стояла аномальная жара. Работала я тогда на кировской скорой, и ездили мы на «буханках» — УАЗиках, которые ничем не оборудованы и у которых окна нихера не открываются. Но это всё хуйня.
Приехали мы на вызов в СНТ. Там мужику на ноги ебанулся железный забор. Ноги стали похожи на фарш с торчащими обломками костей, и всё это, конечно, обильно кровило. Мужик уже начал белые тапки примерять. Мы, распиздяи, наложили жгуты, вкололи промедол и прямо на пол в машину погрузили больного. А пока мы занимались спасением, его жена собрала нам пакет с овощами, зеленью, домашней сметаной и яйцами.
Сдав больного в травму, мы оценили пакет, докупили колбасы и сделали окрошку на всю бригаду — врач, два фельдшера и водила. Сказано — сделано. На обеде наелись, а чтобы запасы не сожрали, забрали их в машину. Напомню, на улице было +40, а в машине на солнцепёке, наверное, все +60.
Ближе к вечеру мы доели окрошку, пока дежурили на пляже, и завалились спать около машины. Через два часа диспетчер дал нам вызов на роды в отдалённую деревню — ехать около двух часов.
Мы выдвинулись. Но по дороге, по очереди позеленев и покрывшись холодным потом, поняли, что надо отлучиться в лесок. Благо долго сидеть не пришлось, но остановок у нас было четыре или пять.
Приехали на место — оказалось, дамочка уже совсем рожает. Чтобы не принимать роды в поле в обосранных портках, мы решили остаться, принять роды, а потом ехать. Водителю строго наказали сидеть в машине — вдруг придётся срочно ехать. Он сидел.
У нас вроде всё уже прекратилось, может, отступило на адреналине, кто знает. Как оказалось, не у всех.
Выйдя из дома по локоть в крови, мы закурили. Водитель сидел в машине. «Пс, подойди пожалуйста», — сказал он. Я подхожу и чувствую некие нотки, доносящиеся из окна УАЗика. «Я обосрался», — констатировал он.
Спрашивать «почему», «зачем» и «как» я не стала. Не смогла. От абсурдности дня я просто села на землю около машины и начала истерично ржать.
К слову, ребёнка и маманю мы доставили целыми и невредимыми в роддом. Да и водителя родственники мамани отмыли, дали портки и даже чехол на сиденье пожертвовали.
Комментарии
Отправить комментарий