Как-то раз один бизнесмен стоял на пирсе в маленькой деревушке и наблюдал за рыбаком, сидящим в утлой лодочке. Тот поймал огромного тунца. Бизнесмен поздравил рыбака с удачей и спросил, сколько времени требуется, чтобы поймать такую рыбу. — Пару часов, не больше, — ответил рыбак. — Почему же ты не остался в море дольше и не поймал ещё несколько таких рыбок? — удивился бизнесмен. — Одной рыбы достаточно, чтобы моя семья прожила завтрашний день, — ответил тот. — Но что же ты делаешь весь оставшийся день? — не унимался бизнесмен. — Я сплю до обеда, затем иду на пару часов порыбачить, потом играю со своими детьми, после мы с женой устраиваем сиесту, затем я иду в деревеньку прогуляться, вечером пью вино и играю с друзьями на гитаре. Видите — я наслаждаюсь жизнью, — объяснил рыбак. — Я выпускник Гарварда, — сказал бизнесмен. — Я помогу тебе. Ты всё делаешь не так. Ты должен весь день рыбачить и потом купить себе большую лодку. — И что потом? — спросил рыбак. — Потом ты будешь ловить е...
Сап, аноны. Пилю свою прохладную.
Всё началось с того, что предки сплавили меня на лето к бабке с дедом, а сами укатили отдыхать в Турцию. Так уж вышло, что одновременно со мной там оказалась моя четвероюродная сестра. Тян примерно 9/10 — с ангельским личиком и светлыми волосами. Мы довольно лампово проводили время, пока не случился один неприятный инцидент, о котором я и хочу рассказать.
В тот день мы, как всегда, лежали на диване и угорали с мемчиков. В доме мы были одни, потому что дед с бабкой ушли по делам. Вдруг моя жопа галантно сообщила мне, что пора бы посетить отхожее место. Я не менее галантно извинился перед дамой, сказал, что вернусь через десять минуток, и попросил не скучать.
Быстро добежав до туалета, я выгнал оттуда полчища мух — бля, как там воняло! — и совершил то действо, ради которого сюда и явился. Начиная вставать, я неаккуратно переставил ногу, и она соскользнула в дырень. А благодаря тому, что доски для пола мой дед спиздил из гнилого соседского забора, пол подо мной проломился. Я с неистовым криком «БЛЯЯЯЯЯТЬ» уебался в коричневое море, плескавшееся под ногами. Несколько дней шли дожди, и говно превратилось в коричневую жижу консистенцией примерно как сметана.
У коричневого океана было склизкое дно, и из-за этого я постоянно оскальзывался и падал обратно на глубину. Всё это время я не переставал материться. Неистовая вонь резала дыхание.
На мои крики из дома выбежала та самая тян. Как раз в этот момент я издал особенно яростный вопль, за которым последовала череда отборного мата.
Я могу только догадываться о её чувствах. Потому что сам я, услышав такие звуки и увидев появление непрерывно орущего, измазанного говном гуманоида, вылезающего из полумрака деревенского толчка, наверное, уверовал бы в Ктулху или Кракена. В её прекрасных небесно-голубых глазах был весь ужас мира. Сразу после того, как я перевалил своё тело за порог сортира, она хлопнулась в обморок.
Но мне, конечно, было не до того. Уже вполголоса матерясь, я поспешил к бочке с водой отмываться.
Отмывшись, я вывел из комы тянку и извинился перед ней за произошедшее. Дрожащим голосом она заявила, что никогда больше не хочет меня видеть. Быстро собрала вещи и уехала на электричке.
Больше мы не общались.
Всё началось с того, что предки сплавили меня на лето к бабке с дедом, а сами укатили отдыхать в Турцию. Так уж вышло, что одновременно со мной там оказалась моя четвероюродная сестра. Тян примерно 9/10 — с ангельским личиком и светлыми волосами. Мы довольно лампово проводили время, пока не случился один неприятный инцидент, о котором я и хочу рассказать.
В тот день мы, как всегда, лежали на диване и угорали с мемчиков. В доме мы были одни, потому что дед с бабкой ушли по делам. Вдруг моя жопа галантно сообщила мне, что пора бы посетить отхожее место. Я не менее галантно извинился перед дамой, сказал, что вернусь через десять минуток, и попросил не скучать.
Быстро добежав до туалета, я выгнал оттуда полчища мух — бля, как там воняло! — и совершил то действо, ради которого сюда и явился. Начиная вставать, я неаккуратно переставил ногу, и она соскользнула в дырень. А благодаря тому, что доски для пола мой дед спиздил из гнилого соседского забора, пол подо мной проломился. Я с неистовым криком «БЛЯЯЯЯЯТЬ» уебался в коричневое море, плескавшееся под ногами. Несколько дней шли дожди, и говно превратилось в коричневую жижу консистенцией примерно как сметана.
У коричневого океана было склизкое дно, и из-за этого я постоянно оскальзывался и падал обратно на глубину. Всё это время я не переставал материться. Неистовая вонь резала дыхание.
На мои крики из дома выбежала та самая тян. Как раз в этот момент я издал особенно яростный вопль, за которым последовала череда отборного мата.
Я могу только догадываться о её чувствах. Потому что сам я, услышав такие звуки и увидев появление непрерывно орущего, измазанного говном гуманоида, вылезающего из полумрака деревенского толчка, наверное, уверовал бы в Ктулху или Кракена. В её прекрасных небесно-голубых глазах был весь ужас мира. Сразу после того, как я перевалил своё тело за порог сортира, она хлопнулась в обморок.
Но мне, конечно, было не до того. Уже вполголоса матерясь, я поспешил к бочке с водой отмываться.
Отмывшись, я вывел из комы тянку и извинился перед ней за произошедшее. Дрожащим голосом она заявила, что никогда больше не хочет меня видеть. Быстро собрала вещи и уехала на электричке.
Больше мы не общались.
Комментарии
Отправить комментарий