В начальной школе я часто дрался. Мне не было равных, но однажды произошёл случай, который я запомнил на всю жизнь. В тот день во дворе я состязался с могучим парнем из пятого «Б», самым сильным человеком в районе. Мы боролись целые сутки друг против друга, упершись ногами в черту, прочерченную мелом на земле. Каждый из нас пытался прижать другого к земле. Кругом держали пари, школьники приходили и уходили. Я не сводил глаз с рук и ног соперника, с его лица. После того как прошли первые восемь часов, судьи стали меняться через каждые четыре часа, чтобы поспать. Из-под ногтей на наших ногах сочилась кровь, а мы всё глядели друг другу в глаза, на ноги и на колени. Одноклассники, державшие пари, приходили во двор и уходили; они рассаживались на высокие скамейки и ждали, чем это кончится. Преимущество переходило от меня к пятикласснику всю ночь напролёт. Противника поили колой и приносили сникерсы. Выпив колу, пятиклассник делал отчаянное усилие, и один раз ему удалось пригнуть мои ноги по...
Был в гостях у тёщи с тестем. Три дня меня кормили и поили, а в туалет по-большому я как-то стеснялся сходить.
Утром перед автобусом тесть наливает мне сто грамм и даёт закуску — квашеную капусту. Заставил меня целую миску съесть. Говорит, мол, очень полезно, организм с бодуна очищает. Когда домой приедешь, будешь как младенец себя чувствовать.
Бурлить в животе начало уже по дороге на автовокзал. Не выдержал и чуток пукнул в машине тестя. Вонь такая пошла, что тёща на заднем сиденье в полуобморочном состоянии начала задыхаться от духоты и разбавленного мною ароматами перебродившей в моём животе квашеной капусты воздуха. Не думал, что она такая слабенькая. Тесть за рулём начал хватать воздух как рыба. Остановились, откачали тёщу. Они с тестем смотрят на меня круглыми глазами. Мне стыдно — писец. Тесть говорит: «Ты больше в машине не вздумай пернуть, мне сознание за рулём никак терять нельзя».
Едем дальше. Молчим. Я с последних сил терплю, чтобы не бздонуть, хотя долбанная капуста решила, видно, организм конкретно очистить. Срать захотелось так, что еле успел булки сжать, чтобы не обосраться.
Из-за того, что приводили тёщу в сознание, приехали к автобусу в последний момент. Запрыгнул я в автобус, сел на заднее сиденье. А пернуть хочется — писец. Ну я подумал: автобус большой, пукну чуть-чуть, может, никто и не заметит. Но чуть-чуть не получилось. Бздонул так, что от вони чуть сам сознание не потерял. Народ в автобусе начал оглядываться назад. Я сижу, морожусь, сам пальцами нос закрыл, мол, не я это. А сам чувствую — покраснел.
Тут опять: следующая волна идёт. Живот резко заболел. Думаю: надо ещё чуть-чуть пукнуть, или кишки сейчас лопнут. Только я расслабил булки — и всё. Чувствую, что сру в штаны, и остановиться уже не могу. Поймал себя на мысли: не это ли имел в виду тесть, когда говорил, что буду чувствовать себя как младенец? Да, писец. Первый раз в жизни обосрался. Да ещё в автобусе. Да ещё летом.
Светлые джинсы — уже чую, промокли. Вонь такая пошла по автобусу, что народ прослезился. Тут водитель кричит: «Ребята, кончайте бздеть! Я в такой газовой камере автобус вести не могу!» Тогда мужик кричит водителю: «Тут, по ходу, в автобусе кто-то УСРАЛСЯ!»
Я сижу весь красный уже как рак. Чувствую — скоро моё разоблачение. Тот мужик уже начал идти по салону и вынюхивать, кто обосрался. Подходит ко мне, смотрит круглыми глазами и кричит: «Нашёл! Вот он обосрался!» — и тычет на меня пальцем.
Что у нас за народ? Все моментально обернулись. Надо же посмотреть на морду обосранного. Мне так стыдно ещё в жизни не было. Автобус остановился, народ не перестаёт на меня смотреть. Открывается задняя дверь, и я, нагнув голову, выскакиваю из автобуса. Когда проходит первый шок, понимаю, что высадили меня в центре большой деревни. Народу куча кругом. Я бегом присел, чтобы не видно было, что я обосрался, и думаю: что теперь делать?..
Сижу, типа шнурки завязываю, а сам по сторонам смотрю, где бы помыться. Смотрю — забор ветхий, наверное, старики живут. Я как спринтер через забор махнул. Хата ещё, наверное, при царе строилась. Около хаты висят штаны и пиджак. Я их бегом снял, около колодца помылся, вещи свои там же сполоснул, но отстирать не смог. Нашёл клетчатую сумку, туда все вещи скинул. Начал натягивать на себя штаны — если помните, спортивки советские с оттянутыми коленками — и пиджак на голое тело накинул, потому что футболку свою тоже обосрал. В пиджаке, явно, уже человек десять умерло — такой фасон я только в дореволюционных фильмах видел. Глянул на себя — ей-богу, бомжи лучше выглядят. Ещё и штаны короткие. Придурок короче, подстреленный.
Выбежал я из двора и стою на дороге, голосую. Может, кто на попутке домой довезёт. Народ смотрит на меня как на психически больного. Тут оно и понятно — внешний вид к этому располагает. Зато не обосранный — и то приятно.
Тут мужик на «Запорожце» остановился, сжалился и домой подвез. Забегаю я домой, а жена только с работы пришла. Как глянула на меня — чуть в обморок от моего прикида не упала. Сказал, что в лужу упал и пришлось переодеться. Втихаря вещи свои потом постирал, чтобы жена не увидела.
Она сразу тёще с тестем позвонила. Не знаю, догадались ли они о моих приключениях, но капустой меня до сих пор не угощают.
Утром перед автобусом тесть наливает мне сто грамм и даёт закуску — квашеную капусту. Заставил меня целую миску съесть. Говорит, мол, очень полезно, организм с бодуна очищает. Когда домой приедешь, будешь как младенец себя чувствовать.
Бурлить в животе начало уже по дороге на автовокзал. Не выдержал и чуток пукнул в машине тестя. Вонь такая пошла, что тёща на заднем сиденье в полуобморочном состоянии начала задыхаться от духоты и разбавленного мною ароматами перебродившей в моём животе квашеной капусты воздуха. Не думал, что она такая слабенькая. Тесть за рулём начал хватать воздух как рыба. Остановились, откачали тёщу. Они с тестем смотрят на меня круглыми глазами. Мне стыдно — писец. Тесть говорит: «Ты больше в машине не вздумай пернуть, мне сознание за рулём никак терять нельзя».
Едем дальше. Молчим. Я с последних сил терплю, чтобы не бздонуть, хотя долбанная капуста решила, видно, организм конкретно очистить. Срать захотелось так, что еле успел булки сжать, чтобы не обосраться.
Из-за того, что приводили тёщу в сознание, приехали к автобусу в последний момент. Запрыгнул я в автобус, сел на заднее сиденье. А пернуть хочется — писец. Ну я подумал: автобус большой, пукну чуть-чуть, может, никто и не заметит. Но чуть-чуть не получилось. Бздонул так, что от вони чуть сам сознание не потерял. Народ в автобусе начал оглядываться назад. Я сижу, морожусь, сам пальцами нос закрыл, мол, не я это. А сам чувствую — покраснел.
Тут опять: следующая волна идёт. Живот резко заболел. Думаю: надо ещё чуть-чуть пукнуть, или кишки сейчас лопнут. Только я расслабил булки — и всё. Чувствую, что сру в штаны, и остановиться уже не могу. Поймал себя на мысли: не это ли имел в виду тесть, когда говорил, что буду чувствовать себя как младенец? Да, писец. Первый раз в жизни обосрался. Да ещё в автобусе. Да ещё летом.
Светлые джинсы — уже чую, промокли. Вонь такая пошла по автобусу, что народ прослезился. Тут водитель кричит: «Ребята, кончайте бздеть! Я в такой газовой камере автобус вести не могу!» Тогда мужик кричит водителю: «Тут, по ходу, в автобусе кто-то УСРАЛСЯ!»
Я сижу весь красный уже как рак. Чувствую — скоро моё разоблачение. Тот мужик уже начал идти по салону и вынюхивать, кто обосрался. Подходит ко мне, смотрит круглыми глазами и кричит: «Нашёл! Вот он обосрался!» — и тычет на меня пальцем.
Что у нас за народ? Все моментально обернулись. Надо же посмотреть на морду обосранного. Мне так стыдно ещё в жизни не было. Автобус остановился, народ не перестаёт на меня смотреть. Открывается задняя дверь, и я, нагнув голову, выскакиваю из автобуса. Когда проходит первый шок, понимаю, что высадили меня в центре большой деревни. Народу куча кругом. Я бегом присел, чтобы не видно было, что я обосрался, и думаю: что теперь делать?..
Сижу, типа шнурки завязываю, а сам по сторонам смотрю, где бы помыться. Смотрю — забор ветхий, наверное, старики живут. Я как спринтер через забор махнул. Хата ещё, наверное, при царе строилась. Около хаты висят штаны и пиджак. Я их бегом снял, около колодца помылся, вещи свои там же сполоснул, но отстирать не смог. Нашёл клетчатую сумку, туда все вещи скинул. Начал натягивать на себя штаны — если помните, спортивки советские с оттянутыми коленками — и пиджак на голое тело накинул, потому что футболку свою тоже обосрал. В пиджаке, явно, уже человек десять умерло — такой фасон я только в дореволюционных фильмах видел. Глянул на себя — ей-богу, бомжи лучше выглядят. Ещё и штаны короткие. Придурок короче, подстреленный.
Выбежал я из двора и стою на дороге, голосую. Может, кто на попутке домой довезёт. Народ смотрит на меня как на психически больного. Тут оно и понятно — внешний вид к этому располагает. Зато не обосранный — и то приятно.
Тут мужик на «Запорожце» остановился, сжалился и домой подвез. Забегаю я домой, а жена только с работы пришла. Как глянула на меня — чуть в обморок от моего прикида не упала. Сказал, что в лужу упал и пришлось переодеться. Втихаря вещи свои потом постирал, чтобы жена не увидела.
Она сразу тёще с тестем позвонила. Не знаю, догадались ли они о моих приключениях, но капустой меня до сих пор не угощают.

Комментарии
Отправить комментарий