Сейчас по телевизору идёт «Поле чудес». И я понял, что «Поле чудес» застряло в нулевых. У них нет понятия нового года, зимы, лета, дня, ночи. Эти люди никогда не выходили из зала, они постоянно кутят и смеются. Они не в курсе, что интернет популяризировался и что у каждого есть мобильный телефон.

Там дядь Вася в зале уже восьмой год получает сигнал на пейджер из «Лоста», а он такой: «Ща-ща-ща, тут смешно будет, потом отвечу».

А баб Зина сидит с внучкой. Они приехали в девяностых на день рождения внучки, которой исполнялось десять лет. Внучке по-прежнему десять, а баб Зина восхищается подарками: «Смотри, доча, как богато!»

Дядь Федя весь Урюпинск собирал пожитки и давал наставления, что передать дядь Лёне. И вот он сидит в зале с чемоданами уже двадцать лет, на гостиницу нет денег, и ждёт, когда на него направят камеру. А потом он побежит радостный к таксофону и наберёт весь посёлок: «Ребята, смотрите, меня показали». А в Урюпинске все уже давно похоронили дядю Федю.

А на Якубовича ты внимание обращала? Он же никогда не стареет и не меняет стиль. Он не мылся уже четвёртый десяток, а чтобы он не выходил из студии, ОРТ набирает людей, чтобы они ему подарки дарили, задабривали.

Якубович — это Дракула первого канала.

Ведь никто никогда не знает, что случилось с победителем. Да потому что он и не выходил из студии. Он слился с ней. Стены в студии «Поля чудес» — это души чемпионов этого Колизея.

А про «Жди меня» я вообще молчу. Это яркий пример того, как сидеть, ждать и проёбывать жизнь вместо того, чтобы что-то делать.

Если и есть девять кругов ада Данте, то они на первом канале, а «Поле чудес» — один из них.