Нужно уезжать из деревень. Просто взять и свалить в города, потому что жизнь в деревнях похожа на старую никому не нужную помойку. Почему? Да потому что там нихуя нет. Ни хорошей работы, ни нормальных домов, половина сгоревшие. Там везде алкаши с программы «Пусть говорят». А почему они туда идут? Потому что нет денег. Берегите себя и своих близких, блядь, но суть не в этом.

Сейчас расскажу свою самую счастливую и нелепую историю, которая полностью перевернула мою жизнь. Я сначала думал, что после всего этого покончу с собой, но в итоге всё обернулось счастьем.

Началось с того, что мы с моим другом Валерой решили подоить корову, чтобы попить свежего эксклюзивного молока, так сказать, из первых рук. Молоко было пиздатым — парным и тёплым.

Вечером мы с Валерой собрались пойти в наш сельский клуб: побухать на крыльце, потрогать тёлок за жопу. Купили две бутылки пива и отправились. За нами почему-то увязалась собака Валеры. Весело виляя хвостом, она не отставала.

— Бля, сегодня Машку выебу, — воодушевлённо говорил Валерка.

— Да нихуя, она о себе мнения охуенного.

Машка, кстати, была самой топовой бабой в нашей деревне. Она всегда каталась с пацанами в заниженных тазах, из которых доносился трек «Серёга — Чёрный бумер». Как вы уже поняли, мой друг не мог ни на что рассчитывать, насчёт секса он просто шутил. Единственное, что мы могли, — это шлёпнуть какую-нибудь бабу за жопу, а потом стрелой убегать куда глаза глядят. Да и то один раз Валера и в этом успел проебаться, когда его поймала одна жирная баба и набила ебальник. С тех пор он больше не трогает жирух.

Тут на полпути у меня резко скрутило живот, дико захотелось срать.

— Валер, я, наверное, не пойду в клуб. Чёт срать охота.

Валера немного поменялся в лице.

— Бля, мне тоже. Что за хуйня? Мы же ничего не ели сегодня.

— Только молоко пили.

— Ну да. Я ещё в толкан ходил с утра, он сегодня от ветра чуть не развалился.

— А руки ты помыл перед дойкой? Бля, Валера, настало твоё время! Хули ты после толкана сразу вымя Бурёнки трогал?

— Бляяя, да там просто бумага порвалась немножко, когда я вытирал, — начал отмазываться мой товарищ.

— Ну пиздец ты, Валера.

Нам пришлось свернуть за гаражи. До дома мы бы вряд ли добежали — говно уже подходило к очку.

Мы вдвоём присели посрать прямо между двух гаражей. Из жопы Валеры потекла струя подливы. Она немного брызнула на белый гараж.

— Интересно, можно ли получить энергию из фотонов, которые прилетают из космоса? — спросил Валера. Нашёл время, блядь, про технологии поговорить. — Вот изобрету что-нибудь, разбогатею и женюсь на Машке.

— Да она тебе один хуй не даст. Ты же не крутой.

Я тихонько тоже начал срать, но говно было не таким жидким, как у Валеры. Тут подбежала собака и начала нюхать моё говно.

— Фу, фу, нельзя! — крикнул я и отогнал её.

Тогда собака побежала к анусу Валеры и стала яростно пытаться нюхать.

— Ааа, щекотно, — улыбаясь, щебетал Валерка. В его улыбке было что-то аскетичное и невинно-детское.

— Валер, она лижет твой анус, блядь!

Валера закрыл глаза и погрузился в экстаз. Он начал закидывать голову назад и говорить:

— Чувак, это же римминг. Это римминг, блядь! Попробуй тоже.

Тут собака подошла ко мне и решила тоже разузнать побольше о моём тузе. Её собачий язык лизал мой анус, и я почувствовал себя ребёнком, которому родители подтирают жопу, когда он насрал в подгузник. После этого собака снова устроилась у Валеры.

В этот момент к гаражу подъехала машина, из которой играл трек «Дискомалярия». Это был наш конец. Из таза вышел наш механик Толян и та самая Машка, которую хотел отодрать мой друг. Я кое-как успел надеть штаны, а Валера так увлёкся риммингом, что стормозил. Я съебался, а Валера получил пизды за обоссанный гараж и дико опозорился.

Точнее, мы оба. Про нас сразу стали придумывать шутки, связанные с собакой. Слухи за пару минут разлетелись по всей деревне. Мне пришлось рассказать всё родителям, и мы уехали из деревни. Батя ещё сказал мне: «Ну ты и ёбанутый».

В общем, не знаю, как там остался жить Валера. Наверное, ему пришлось несладко. Но я благодарен судьбе за этот день, потому что уехал из этой ёбаной деревни, от этой серой обстановки, нищеты и этого сраного деревенского быдла, каждый из которых прекрасно знает, кто с кем встречается и кто с кем трахается.

А собаку, кстати, звали Аделаида Розенталь.