«Нет рабства безнадёжнее, чем рабство тех рабов, кто полагает себя свободным от оков». Смотрите, — сказал фараон жрецам, — внизу длинные шеренги закованных в цепи рабов несут по одному камню. Их охраняет множество солдат. Чем больше рабов, тем лучше для государства — так мы всегда считали. Но чем больше рабов, тем больше приходится опасаться их бунта. Мы усиливаем охрану. Мы вынуждены хорошо кормить своих рабов, иначе они не смогут выполнять тяжёлую физическую работу. Но они всё равно ленивы и склонны к бунтарству. Смотрите, как медленно они двигаются, а обленившаяся стража не погоняет их плетьми и не бьёт даже здоровых и сильных рабов. Но они будут двигаться гораздо быстрее. Им не будет нужна стража. Стражники тоже превратятся в рабов. Свершить подобное можно так. Пусть сегодня, перед закатом, глашатаи разнесут указ фараона, в котором будет сказано: «С рассветом нового дня всем рабам даруется полная свобода. За каждый камень, доставленный в город, свободный человек будет получать одну...
История про цыганского беса. Лежал в больнице несколько лет назад. Это было детское эндокринологическое отделение. Обследовался там для армейки. Одним утром вся наша палата проснулась не от медсестры с градусниками, а от ебучего детского крика. Мы подняли головы, орали прямо в нашей палате. По ней носился цыганёнок года четырёх. Я охуел от происходящего. Он начал бегать вокруг каждой койки и орать «ВСТАВААААЙ». Потом зашла медсестра, сказала, что новенький. А сам чуркес выглядел ОЧЕНЬ потешно: в красной футболке, лысый, сразу видно, что уголёк, лысину украшали небольшие шрамы. Бес ещё немного покрутился по палате и убежал. Так произошло наше знакомство.
Спустя короткие три часа он заебал всех. Как оказалось, он болел какой-то хуйнёй. Ему на самом деле было семь или восемь, а ростом и весом он был на трёх-четырёхлетнего ребёнка. Но у него была ещё одна фишка: обладал гигантских размеров сракой. То есть кроме жопы всё его тело было не по годам карликовым. Мы знатно с этого зарофлили. Познакомились с ним, говорит: «Меня зовут Ваня». Ну и звали мы его Яшкой, ссылаясь на его акцент, мол нихуя не поняли, Ваня он или Яша.
А он был мало того что копчёный, так уже и сидевший. лол. Сидел в каком-то ЦВИМПе. Очевидно за кражу, как он потом сам признался, пытался снять обувь с какого-то мужика. Прямо на ходу. Ну и короче как мы могли его не потроллить за АУЕ тематику. В его речи была чистая дичь: хуёвый русский со смесью каких-то блатных словечек, а также с буквой «эээ» и, разумеется, с любимыми матами. Обещал всех отъебать.
Однажды даже он раздрочил там что-то, вошёл в нашу палату и уже было хотел что-то сказать, как вдруг его просто за шкирку утаскивает без штанов санитарка. Ещё мыться он не любил. Слава богу был не в нашей палате. С ним была целая гора ржаки.

Комментарии
Отправить комментарий