Сижу в машине, ожидая, когда во двор заедет серебристый «Фольксваген» с тремя пассажирами. Что-то задерживаются они. Ну, ничего-ничего, я столько лет ждал, ещё пару часов не в тягость. Тушу в пепельнице одну сигарету и тут же закуриваю следующую. Замечаю, что в очередной раз лезу в карман, чтобы проверить, всё ли на месте. Нервничаю. Надо сохранять спокойствие, но воспоминания картинками лезут в голову…

Жена в родовой палате. Я не гинеколог и не акушер, толку от меня никакого, поэтому я просто жду, бродя по коридору. Скоро медсестра сообщит мне две новости: как водится, хорошую и плохую. Хорошая — родилась девочка. Плохая — выбрать имя для неё мне придётся одному.

Оля стоит на сцене и готовится рассказать стишок про весну, который мы с ней целую неделю разучивали. Я вижу, что она нервничает и не решается начать. Кажется, Оля забыла слова, но мы договорились, что я не буду подсказывать, и поэтому я просто жду, когда она их вспомнит.

Несколько часов назад Оле и её уже, пожалуй, бывшим одноклассникам выдали аттестаты, и они отправились в ресторан. Я дома, не вникая в сюжет особо, смотрю какой-то фильм по телевизору. Сейчас уже пятнадцать минут первого, а мы с Олей договорились до полуночи. Но я всё понимаю, выпускной не каждый день случается, поэтому я просто жду.

Обычно она приезжала два раза в год, на зимние каникулы и летние, чаще не получалось. А, закончив четвёртый курс, Оля устроилась на работу по специальности, надо было готовиться к диплому. «Ничего страшного, — говорю. — Учёба на первом месте». Кладу трубку. И жду.

Сказала, что с парнем познакомилась. Предупредила, что приедет с ним. Я жду — посмотрим, что там за Серёжа такой.

Кто шампанское пьёт, кто вино, кто водку, кто виски, кто коньяк. Я за долгие годы про алкоголь и позабыл совсем, и потому обхожусь соками и минералкой. Тамада сообщила, что скоро мне тост говорить. Олей не налюбоваться. Какая она у меня всё-таки красивая. Со дня свадьбы она больше не приезжала. А я всё равно ждал.

Плачет в трубку: «Я тебе перезвоню, пап. Он сейчас вернётся». Я быстро собираюсь и на вокзал еду. Лишь бы не пришибить эту тварь, думаю по дороге. Я ему покажу дочь мою обижать. Ну, Серёжа, держись.

Доктор выходит из операционной, и время замедляется. По выражению его лица трудно предсказать, помог ли он моей дочери, спас ли её, поэтому я просто жду. Жду, когда он скажет что-то. Хоть что-то. Но обошлось без слов. Он просто медленно помотал головой.

На суде его родители даже не посмотрели в мою сторону. Сам урод сидит, головой поникши. «Тебе стыдно, Сергей, или страшно?» — размышляю, глядя на зятя. Вот-вот огласят приговор. Я жду.

… а вот и родственнички прибыли. Серёжа за рулём. Соскучился, видать, по авто. Осунулся парень, круги под глазами с сотни метров отсвечивают. Мама его плачет, радуется, что сын освободился наконец. Скрываются в подъезде, я через некоторое время следую за ними. Ладонью прикрывая дверной глазок, нажимаю на кнопку звонка рукоятью пистолета. Слышу через дверь женский голос: «Это к тебе, наверное, сынок, друзья твои». Приближаются чьи-то шаги.

— Сейчас открою! Подождите, — говорит Сергей.

Я жду.