КЛЕЩИ ВЫБИРАЮТ ЖЕРТВ С ВКЛЮЧЁННЫМ VPN

Здравствуйте. Сначала небольшое вступление: я увлекаюсь японской культурой, коллекционирую мангу, фигурки и постеры из аниме. Родители ничего не имеют против, даже в какой-то мере за. Жил себе спокойно, пока не приехала подруга мамы с двумя детьми лет семи.

Начнём. Все книжки и фигурки аккуратно стояли на компьютерном столе вместе с ноутбуком, был даже коврик для мыши — всё в рамках приличия.

После очень утомительного дня я пришёл в свою комнату и плюхнулся на кровать. Медленно день перерастал в вечер, меня окружали крики этих мелких пидо... детей. Минут тридцать я просто лежал и слушал их вопли, что действовало мне на нервы.

Мне в голову пришла гениальная мысль — проветриться. Взяв телефон и наушники, я вышел погулять, перед этим закрыв дверь на замок, до которого детям не дотянуться. Взрослый откроет легко, а дети просто не достанут.

Музыка нежно щекотала слух, ветерок приятно дул в лицо, снимая остатки усталости. Я решил побыстрее вернуться домой, потому что за мной увязался мой кот. Он переходил дорогу вместе со мной, но делал это очень медленно. Я заволновался и понёс это милое создание на руках домой. Ох... Лучше бы я не возвращался...

Войдя на кухню (она же прихожая), я увидел, как мама разговаривает с той самой подругой. Из моей комнаты доносился детский смех, и в тот момент мне стало плохо. Отпустив кота и сняв наушники, я быстрым шагом направился в свою уже открытую комнату.

Перед глазами предстала ужасная картина: ноутбук лежал на полу с разбитым экраном (вернее, матрицей — ноутбук был включён, но экран белый и весь в трещинах). Один ребёнок рвал комиксы (один том манги стоит от 300 до 1000 рублей). Второй игрался со сломанной фигуркой Сейбер... 3 тысячи рублей... Я застыл на месте, телефон выпал у меня из рук. Не знаю, как описать чувства, которые меня переполняли, — отчаяние и гнев. Я человек спокойный, но у всего есть предел.

Я накричал на детей, те в слезах убежали на кухню. Я сел на кровать, чтобы оценить убытки: 4 тома манги разорваны в клочья, 2 разрисованы карандашами (на заметку, эти комиксы чёрно-белые), будто это раскраски. К глазам подступили слёзы, я не стал их скрывать — смотреть всё равно было некому.

В отчаянии я пытался починить бедную Сейбер. Слёзы текли непрерывным потоком. Скажете, я чувствительный? Но эту фигурку я ждал из Японии, 3 тысячи — не такая уж большая сумма, но далась она мне тяжело. Я ждал её три месяца, а теперь её можно только выбросить.

В комнату ворвались мама, подруга матери и эти две мелкие поскуды. Моя мама увидела эту картину и не знала, что делать. Подруга подошла ко мне, схватила за капюшон дорогого худи и начала орать: «Ты чего мешаешь моим детям?!», «Тебе не стыдно? Мне говорили, что эти мультики ведут к суициду!» В тот момент мне было похуй на всё — на сломанный ноутбук, на её крики. Ебучее животное должно знать своё место. Остатки моего терпения рухнули вместе с долей здравого смысла.

Дальше всё было так:

Я — я, П — подруга, Д1 — первый ребёнок, Д2 — второй, М — мама.

Я: У тебя (впервые в жизни я назвал человека старше себя на «ты») или твоих детей есть хоть капля здравого смысла? Кто смог бы открыть замок, если бы не мама или ты? Совсем головой ебнулись с воспитанием?

Я говорил заикаясь, почти захлёбываясь слезами.

П: Я открыла дверь в твою комнату. Моим детям хотелось поиграть с твоими фигурками и пораскрашивать раскраски.

Она разговаривала не нормальным тоном, а кричала. Она отпустила уже растянутое худи, я огляделся и увидел ещё разорванный постер, который сначала не заметил.

Они подошли к маме и начали кричать:

Д1: Этот дядя на нас накричал! Мама, мы ничего не делали! Я хотел поиграть с той игрушкой! Она очень красивая!

Д2: Я тоже! Там очень красивые раскраски, я немного порисовал, а он начал кричать и выгонять нас.

Я в тот момент конкретно ахуел. Раскрашивал? Играл? Они же не двухлетние спиногрызы, а более-менее сформировавшиеся личности.

Я: А вы знали, что нужно спрашивать, прежде чем брать чужие вещи? Или вас этому не учили?

Я немного снизил тон, слёзы начали высыхать, но тут... Подруга взяла коврик для мыши и блять просто разорвала его пополам. Какая сила нужна, чтобы разорвать коврик? Наверное, огромная.

Она снова подошла ко мне и закричала:

П: НЕ ТЕБЕ ЗНАТЬ, КАК Я ИХ ВОСПИТЫВАЮ!!! МОИМ ДЕТЯМ ХОТЕЛОСЬ ПОИГРАТЬ С ТВОИМИ ИГРУШКАМИ И РАСКРАСКАМИ, ТЕБЕ СЕЙЧАС НЕ ВСЁ РАВНО НА ТО, ЧТО УЖЕ ПОТЕРЯЛ?

Тут вмешалась мама — адекватная мама.

М: Мой сын почти все каникулы копил на всё это. Собираешься выплачивать?

Не помню дословно, что она сказала, извините.

П: Я ТО ДУМАЛА, ЧТО МЫ ПОДРУГИ, АЛЁН! МОИ ДЕТИ ХОТЕЛИ ПОИГРАТЬ, ВОТ Я И ОТКРЫЛА ИМ ДВЕРЬ!

Мама в меньшей степени ахуевала, да и я был в похожем состоянии.

Я: Вам показать чеки?

Я не мог нормально разговаривать, волнение и отчаяние взяли верх.

П: ДА МЕНЯ ИНТЕРЕСУЮТ ТВОИ ЧЕКИ? САМ ИХ СЕБЕ И ПОКАЗЫВАЙ, СОПЛЯК, А Я ТЕБЕ ЭТО ЕЩЁ ПРИПОМНЮ!

Сказав это, она буквально своим весом начала толкать маму и идти к выходу. Дети плакали, мама ахуевала. Я не смог бы ничего сделать, даже если бы захотел.

В отчаянии я лёг на кровать и незаметно для себя отключился.

Наутро (в будний день) меня не разбудили. Возле меня лежали 4 тысячи рублей, видимо, от родителей. На часах было 13:XX, подушка вся мокрая от слёз. Фигурку я заказал снова, но остался без ноутбука, коврика для мыши и с разорванными книжками на сумму больше 3 тысяч. Очень неприятное чувство осталось на душе после этой сцены.