Очень осуждаю лысых скуфов, которые себе с жопы на голову волосы пересаживают и ходят красавцами. Типа окей, ты обманул окружающих, но гены не обманешь. Ты просто троянским конём на голове обманываешь женщин и передаёшь свои лысые гены. Причём ребёнок вообще в ахуе будет: он своего батю видел, и у того с волосами всё окей вроде, а сам в 30 лет начал лысеть. Тут впору задаться вопросом: «Мама, я приёмный? Ты изменяла бате с лысым?» В итоге все в ахуе. Женщина в ахуе, ребёнок в ахуе. Один только скуф, всех наебавший с волосами из жопы на голове, сидит довольный, что свои лысые гены передал. Мне кажется, женщина в этот момент может заявить об изнасиловании. Я бы вообще какие-нибудь законы о чистоте генов принял и карал бы за попытку наебать окружающих: волосы пересадить, ботокс колоть, губы и вся прочая хуйня тоже. Типа, с тобой другим людям род продолжать — пусть видят всё как есть, что их детям от тебя достанется.
Грета Тунберг — причина, по которой я таскаю железо в зале. Представляю, как мы тусим после саммита ООН по климату. Болтаем на вечеринке, обмениваемся парой слов. Она спрашивает, чем я занимаюсь. Я кидаю, что видел её на CNN, и она мне реально зашла. Грета смеётся. Я беру свой коктейль, говорю: «Ладно, до встречи», — и сваливаю. Пусть помучается, мало кто вот так уходит от Греты Тунберг. Она провожает меня взглядом, теребя шею.
Позже, ночь тянется, тусовка всё пьянее и шумнее. Я на балконе, галстук расстёгнут, курю. Она подходит: «Есть лишняя сигарета?» Протягиваю одну, ухмыляюсь: «А мне что с этого?» Грета улыбается, берёт сигарету, прикуривает.
«Чё, прям хочешь со мной трындец?» — шучу я.
Она фыркает: «Что тут смешного?»
«Да ничего, просто… не задалбывает быть в центре внимания?»
«Привыкаешь», — отвечает она, затягиваясь и возвращая зажигалку.
Спрашиваю: «Если бы не климат, кем бы была?»
«Преподавала бы, наверное».
«И чему бы я у тебя учился?»
Она смотрит прямо в глаза: «Дисциплине». Потом резко меняет тему: «Ты откуда?»
«Из Мексики».
«Круто», — говорит она.
«Да норм, но не всё нравится».
«Что не так с Мексикой?» — удивляется она.
«Песок, — говорю. — Грубый, колючий, лезет везде».
Комментарии
Отправить комментарий