Знаете, есть вещи, которые время не лечит, а только бетонирует. Я закончил школу десять лет назад. И до сих пор я возвращаюсь туда мыслями. Не потому, что это было лучшее время, а потому что я был полным неудачником. Меня до сих пор бесит этот Ваня Ерохин. Я до сих пор помню, как он толкал меня в коридоре, как ржал над моими ответами у доски. И я до сих пор прокручиваю в голове сцены, где я ему отвечаю. Не тупо молчу, а смотрю сверху вниз и ставлю на место. Я придумал сотню вариантов идеальных диалогов, где я выхожу победителем. Но тогда, десять лет назад, я просто отводил взгляд и шёл к своей парте. И Катя Еотова. Светлая, недосягаемая. Я думал, если буду тихим и правильным, она заметит. А она замечала только Ваню. Самый яркий для меня школьный эпизод — это даже не выпускной. Это день, когда они с Ванькой трахались в лаборантской по химии, а я сидел в кабинете и делал вид, что читаю учебник по физике. Я слышал их смех и звуки за дверью, а сам просто впивался глазами в строчки, ничего ...
Позже, ночь тянется, тусовка всё пьянее и шумнее. Я на балконе, галстук расстёгнут, курю. Она подходит: «Есть лишняя сигарета?» Протягиваю одну, ухмыляюсь: «А мне что с этого?» Грета улыбается, берёт сигарету, прикуривает.
«Чё, прям хочешь со мной трындец?» — шучу я.
Она фыркает: «Что тут смешного?»
«Да ничего, просто… не задалбывает быть в центре внимания?»
«Привыкаешь», — отвечает она, затягиваясь и возвращая зажигалку.
Спрашиваю: «Если бы не климат, кем бы была?»
«Преподавала бы, наверное».
«И чему бы я у тебя учился?»
Она смотрит прямо в глаза: «Дисциплине». Потом резко меняет тему: «Ты откуда?»
«Из Мексики».
«Круто», — говорит она.
«Да норм, но не всё нравится».
«Что не так с Мексикой?» — удивляется она.
«Песок, — говорю. — Грубый, колючий, лезет везде».
Комментарии
Отправить комментарий