К основному контенту

Последние публикации

Сортир. Я — сильно хотящий писать десятилетний мальчик. Захожу в туалет перед стадионом. Сразу после входа чувствуется чудовищная вонь. Делаю шаг обратно и стараюсь набрать в лёгкие как можно больше воздуха. Пробираюсь в основной зал. По правую руку вижу отверстия в полу, отгороженные друг от друга грязными стенами, и спины людей, которые в эти отверстия ссут. Слева — общий писсуар. Вижу свободное место и спешу к нему. Достав член, пытаюсь сосредоточиться. Боковым зрением замечаю, как кто-то, закончив своё дело, неистово трясёт членом. Наблюдаю, как капли мочи разлетаются вокруг: попадая на штаны и рубашку, они мгновенно впитываются, оставляя пятна. Некоторые из капель, что помельче, становятся частью воздуха, который этот мужик вдыхает, а вместе с ним вдыхают и другие мужчины. Вспоминается ловко зарифмованная мудрость, переданная мне отцом: «Сколько ни труси — последняя капля в трусы». Смотрю в писсуар. Он представляет собой желоб, обложенный кафелем снаружи и изнутри, примерно полмет...

Ты хочешь знать, должен ли ты что-то миру?

Сядь. Смотри в угол. Там, где тень. Где нет ни света, ни утешения. Где живёт истина, обнажённая, как психически больной в богадельне — нелепая, страшная, забытая всеми. Теперь слушай.

Мир тебе ничего не должен. Это ты уже слышал, я знаю. Это модно говорить. Это даже стало чем-то вроде оправдания: мол, никто не обязан тебе счастьем, заботой, любовью. И ладно. Ты с этим смирился.

Но тебе никто не сказал второй половины уравнения: ты тоже ничего не должен миру. Ни счастья, ни благодарности, ни сочувствия, ни спасения черепах в океане, ни налогов, ни любви к Родине, ни желания вставать в шесть утра, чтобы кормить чужую экономику своим потным существованием.

Ты — пылинка. Мельчайший зуд в подкорке абсурдной вселенной. И вся эта фальшивая мораль, все эти «ты должен быть хорошим», «должен простить мать», «должен поддержать отечество», «должен нести ответственность» — это сказки, удобные только тем, кто на тебя ездит. Ты — осёл, которого приучили нести хлам, чтобы не чувствовать вины.

Ты думаешь, твоя мать имеет право требовать твоей любви, потому что кормила тебя манной кашей в детстве? Возможно, она и правда старалась. Но тебя просили родиться? Ты подписывал контракт на любовь и благодарность? Нет. Это было её решение — слепое, инстинктивное, животное. И теперь ты должен? За что? За то, что существуешь?

А голодающий ребёнок где-нибудь в развалинах третьего мира — ты должен его спасти, да? Потому что ты ел вчера борщ и у тебя есть интернет? С какого хрена? Сколько бедных ты должен накормить, чтобы мир перестал стонать под тяжестью собственной несправедливости? Сколько? Ответ: бесконечно много, и всё равно будет мало.

Планета задыхается, озоновый слой истончается, океаны пластиковые, пчёлы вымирают, киты дохнут. И? Тебя просят сортировать мусор, ездить на велосипеде, не покупать бутылку воды. Как будто это что-то изменит. Как будто ты — один из восьми миллиардов — виноват в техногенном апокалипсисе. Ты — не виноват. Ты — просто в списке пассажиров на тонущем корабле. Никто не будет спасать шлюпки по справедливости. Кто первым прыгнул — тот и выжил.

Экономика нуждается в тебе? Ха. Ей плевать на тебя, пока ты не можешь платить. Как только ты упал — ты балласт. Помощи не жди. Только упрёков. Только штрафов. Только жалкие лозунги о «трудовой доблести».

А ты сам? Думаешь, ты хотя бы себе что-то должен? Типа быть лучше, быть стройнее, быть умнее, быть успешным? Ради кого? Ради тех же, кто тебя бросит, когда ты сломаешься? Ради зрителей, которые хлопают, пока ты не ошибся? Ты даже себе ничего не должен. Ты — временное, тленное, смертное тело, которое ходит и говорит, пока не сломается.

Но — и вот в чём соль, — ты можешь. Не должен, но можешь. Можешь заботиться. Можешь быть добрым. Можешь любить мать. Можешь спасать детей. Можешь кормить голубей. Можешь влюбиться в каждый изгиб мира. Не потому, что должен. А потому что хочешь. Потому что это делает тебя человеком, а не скотиной, раздавленной безразличием.

Свобода начинается не с прав. И не с долга. А с осознания: ты никому ничего не должен. И потому именно ты решаешь, кто ты.

Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Идет мужик с работы. На пути встречается старуха, протягивает ему свернутую в несколько раз бумагу и настойчиво говорит: «Сам не читай — дай другим прочитать!» Мужик приходит домой, рассказывает жене про старуху и записку с таким странным условием. Жена берет записку, разворачивает и заявляет: «Да за такие слова я с тобой больше жить не буду!» И выгоняет мужика из дома. Мужик пошел к лучшему другу проситься на ночлег. Тот удивляется: «За что?» Мужик рассказывает про старуху и записку. Друг просит показать — и, прочитав, злобно произносит: «Да после таких слов я тебе больше не друг!» И тоже выгоняет. Идет мужик по улице. Встречает его милиционер, спрашивает, почему тот один поздно бродит. Мужик снова рассказывает свою историю. Милиционер заинтересовался, попросил записку. Прочел и возмутился: «Да за такие слова тебя судить надо!» В суде судья просит объяснить, что произошло. Мужик повторяет всю историю с начала. Судья, заинтересовавшись, просит показать записку. Прочитав, declares: «Да ...
Каждый из вас, безусловно, замечал: если зайти в сортир в гостях, там воняет говном. И запах такой, что сразу понимаешь: это не ты тут срёшь, не твой отец, не твоя мама, не твоя сестра, не твоя жена и не твой сын. Тут срут те, кто тебя позвал в гости, и ты это отчётливо ощущаешь. А если прийти в гости к другим друзьям и заглянуть в их толчок, там тоже пахнет говном. Но другим, ихним. И есть в этом что-то хорошее. Эта вонь как флаг семьи, как фамильный герб. В этом есть какая-то почти корпоративная культура. Я дал этому явлению более ёмкое определение — «копротивная культура». На данном этапе изучения этого интересного явления я сделал лишь один вывод: лучше всего пахнет там, где ты живёшь. Конечно, если с тобой не живёт твоя бабушка с расхуяренным годами кишечником или дед, который в войну неизвестно что жрал. И естественно, если у вас хорошее обоняние, вы всегда сможете безошибочно определить, забегает ли ваша жена к соседу или, например, шастает ли к вам соседский выблядок, чтобы отп...