Бар «Стрёмный закуток» К основному контенту

Последние публикации

Открылся рядом с работой фастфуд для вегетарианцев. Дай, думаю, зайду попробую. Купил веганскую шаурму — то есть ролл с чем-то там. Встал рядом с двумя девушками (Д1 и Д2), жую молча, почти доел — нифига не наелся. Одна из девушек мне улыбается. Я думаю: чего это она, лицо, что ли, соусом замазал? Д1: Как приятно, что нас всё больше. С понимающим видом киваю и понимаю, что ничего не понимаю. Я: Кого нас? Д1: Вегетарианцев. Д2: Ответственных людей. Я: Ааа… так я не веган. Д1 (с разочарованием вполголоса): Кааааак? Вторая была настроена решительнее. Д2: Тогда вы не имеете права здесь есть! Тут я почувствовал себя негром в Америке 50-х, когда на кафе писали «вход только для белых». Но всё-таки пытаюсь сгладить конфликт, не хотелось ругаться и портить настроение. Я: Ну, может, мне понравится, и стану одним из вас (ложь). Сейчас даже схожу за добавкой. Делаю шаг к раздаче, чтобы уйти от странного разговора и купить пожрать. Девушка 2 преграждает мне путь. Д2: Вот когда станете, тогда и прих...

Интернет мёртв. Мы просто обитаем в его разложившемся трупе, по уши в ботах и копипасте.

Ты ещё не понял? Ты уже не в интернете. Ты в его муляже.
В симуляции того, что когда-то было местом общения, а стало помойкой, где алгоритмы развлекают друг друга, как больные клоуны в пустом цирке. Всё, что ты видишь — контент, комментарии, даже "живые" аккаунты — это цифровая некромантия. Боты разговаривают с ботами, пересказывают друг другу статьи, сгенерированные нейросетями, ставят друг другу лайки, комментируют, делают видео-реакции на реакции и уже не нуждаются в человеке.

И самое забавное — человек, простой обыватель, то есть быдло, этого даже не замечает. Потому что человек в интернете — это уже не пользователь, это продукт.
Ты нужен не как разумный участник диалога, а как биомасса, которая будет кормить рекламный алгоритм своими кликами, скроллами, задержками взгляда. Ты — удобрение для нейросетевого контента.

Контент создаёт контент. Программы пишут программы — это уже происходит. Ты заходишь на сайт, читаешь статью — она сгенерирована нейросетью, проверена другой нейросетью, отранжирована третьей. Ты комментируешь — тебе отвечает бот. Ты смотришь видео — оно полностью составлено из архивных материалов и голосов ИИ. Ни одного живого человека. Ни одной искренней эмоции. Только бесконечное эхо пустоты.

Интернет умер не потому, что его кто-то убил. А потому что все забили. Все начали оптимизировать. Сначала — SEO, потом трафик, потом эмоции. Сеть перестала быть живой, когда люди начали бояться быть собой. Когда мнение заменили тренды, когда диалог стал «бой мнений» ради монетизации, а анонимность — привилегией спецслужб, а не юзеров.

И что дальше?

Скоро будет два интернета. Один — "демонстрационный", как витрина. На нём боты общаются с ботами, нейросети вылизывают тренды, блоги пишут друг другу комментарии, и всё это ради каких-то призрачных пользователей, которые уже ушли. Это будет цифровая Сахара. Цифровой муляж цивилизации.

И второй — закрытый. Паролями, инвайтами, BBS на стероидах. Там живут остатки настоящих людей. Они не создают контент для алгоритмов. Они шифруются, общаются на уровне мемов, кода и недосказанности. Не потому, что скрываются — а потому что хотят говорить с людьми, а не с нейросетевым фаршем.

И это уже происходит. Посмотри на форумы, группы, треды, где живые люди ещё держатся. Им не нужен фид, не нужны рекомендации, не нужны лайки. Они хотят разговаривать. Думать. Ошибаться. Спорить. Молчать. А не угождать алгоритмам, которые подсовывают «трендовые темы», чтобы ты не дай бог не подумал сам.

Ты хочешь быть "в интернете"? Окей. Готовься быть обслуживающим персоналом у нейросетей, которые скоро начнут заказывать себе апгрейды сами.

А если хочешь общения — ищи островки живых. Пока ещё остались.

Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Общежитие №3 знало Елену Ивановну как добрую, почти святую женщину. Она пекла пирожки с капустой и яйцами, угощала студентов, подкладывала еду тем, у кого не было денег, и даже сквозь зубы пропускала после комендантского часа тех, кто загулял. Все любили её, а она всех — даже пьяниц и хулиганов. Но её сына, Егора, никто не понимал. Он жил в общежитии бесплатно — по блату, конечно. Мать закрывала глаза на его выходки, но в последнее время даже она, казалось, переставала терпеть. Егор не делал ничего особенного: не воровал, не дрался, даже не буянил. Он просто ссал в раковину. Сначала это было в душевой. Ребята просыпались, шли умываться — а там вонь, жёлтые разводы. Кто-то пытался отмыть, но Егор возвращался и наливал свежей порции. Его ругали, угрожали, но он лишь пожимал плечами: «Ну пописал, бывает». Потом он перешёл на кухню. В тот вечер общежитие гудело как растревоженный улей. В раковине лежала гора посуды — студенты готовились к завтраку. А среди тарелок, прямо на чью-то чашку, Е...
Почему некоторые радикальные феминистки пытаются оскорбить парней словом «спермобак»? Ведь в бензобак наливают бензин через пистолет из бензоколонки. То есть, если подумать логически, парни — это «спермоколонки», а вот девушки как раз и есть «спермобаки». Надеюсь, за эти логические размышления меня не отменят.