Сортир. Я — сильно хотящий писать десятилетний мальчик. Захожу в туалет перед стадионом. Сразу после входа чувствуется чудовищная вонь. Делаю шаг обратно и стараюсь набрать в лёгкие как можно больше воздуха. Пробираюсь в основной зал. По правую руку вижу отверстия в полу, отгороженные друг от друга грязными стенами, и спины людей, которые в эти отверстия ссут. Слева — общий писсуар. Вижу свободное место и спешу к нему. Достав член, пытаюсь сосредоточиться. Боковым зрением замечаю, как кто-то, закончив своё дело, неистово трясёт членом. Наблюдаю, как капли мочи разлетаются вокруг: попадая на штаны и рубашку, они мгновенно впитываются, оставляя пятна. Некоторые из капель, что помельче, становятся частью воздуха, который этот мужик вдыхает, а вместе с ним вдыхают и другие мужчины. Вспоминается ловко зарифмованная мудрость, переданная мне отцом: «Сколько ни труси — последняя капля в трусы». Смотрю в писсуар. Он представляет собой желоб, обложенный кафелем снаружи и изнутри, примерно полмет...
Свободы вы хотите? Не пиздите. Вы хотите плётку. Только чтобы она была у вас.
Каждый второй в этом мире орёт про свободу. Одни визжат, что их угнетают, другие бьются в истерике за "суверенитет", третьи требуют освободить их от чужого мнения в интернете. Но как только у кого-то из них появляется хоть капля власти — начинается танец с кнутом. Почему? Да потому что свобода большинству нахрен не нужна. Им нужна своя клетка, только с золотыми прутьями и возможностью кормить других через решётку.
Говорить, что люди хотят быть свободными — это как заявить, что тараканы мечтают об этике. Они хотят не свободы, а комфорта с контролем. Чтобы можно было унижать, управлять, приказывать, но так, чтобы самому никто не мешал. Они хотят не освобождения от гнёта, они хотят переложить этот гнёт на чужие плечи.
Вся эта антимперская риторика разваливается, когда у бывшего раба появляется дубинка. Россия, США, Китай, Руанда, Турция — хоть пальцем тыкни, везде одно и то же. Освободиться? Да, конечно. Только чтобы потом — отжать территорию, поставить своих шавок, и с умным ебалом вещать про "многополярный мир". Это не освобождение. Это смена надсмотрщика.
Индивид тоже не лучше. Как только появляется шанс быть не просто свободным, а иметь над кем-то власть — всё, пиши пропало. Даже в отношениях, даже в дружбе, даже в комментариях под сраным мемом. Каждый чувствует себя потенциальным ГУЛАГом, только без бюджета и ОМОНа. Зато с правом судить.
После всего ада XX века, всех этих Гитлеров, ГУЛАГов, Хиросим, Голодоморов, — мы не стали лучше. Мы просто взяли все те же инструменты насилия, нарисовали на них радугу, и назвали это "борьбой за справедливость". Нам не стыдно — нам удобно.
Когда тебе больно — ты не ищешь понимания. Ты хочешь, чтобы другим стало хуже. Чтобы кто-то поплатился. Не важно кто, не важно за что. Главное — чтобы страдал. Это не борьба за добро. Это перераспределение страдания, в котором каждый хочет оказаться верхом на цепочке пищевых унижений.
Выход? Его нет. Мы вшиты в варварский цикл, где каждый бывший раб мечтает быть надзирателем, а каждый надзиратель — вечно боится стать рабом. И всё, что мы называем "прогрессом", — это просто переименование оков в браслеты с блютузом.
Свобода как идея — мертва. На её месте — цепь, покрашенная в цвета текущего года.
И каждый, кто кричит, что борется за неё, скорее всего просто хочет себе место поудобнее у рычага.
Так что прекратите нести чушь. Вы не хотите свободы.
Вы хотите быть рабовладельцем. Просто с хорошим прессом и правильной повесткой.
Комментарии
Отправить комментарий